Глава 2.  Богопознание – жизненный путь человека.

§ 1. Призвание Богом человека к духовной жизни.
§ 2. Пути богопознания.
§ 3. Евангельские пути познания Бога.

 

§ 1. Призвание Богом человека к духовной жизни.

Просвещенное благодатью сердце вмещает глубокие переживания связанные с призванием к жизни с Богом, с научением Самим Богом души такой необычайной жизни. И призвание и научение совершаются Творцом в отношении Своего творения по непостижимому промыслу.[1] Такое возвышенное одухотворение Богом  озаряет  всё бытие человека. «Все предано Мне Отцем Моим, и никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть». (Мф. 11:27)

Призвание у каждого человека происходит по-разному. Кого-то воспитали в этом, кто-то через болезнь или утрату обрел ведение, кто-то был озарен на литургии, кого-то вразумило чудо:   «Познан был Господь по суду, который Он совершил» (Псалтирь 9:17), кто-то через занятие оккультизмом с последующим обращением познал Истину, иной через секты, вкусив плоды лжи под видом добра, обрел Путь Истину и Жизнь (Ин 14:6).  Призывающая благодать, касаясь души человека, открывает ему бытие Творца, давая возможность откликнуться  встречной направленностью вектора своей жизни.

 

§ 2. Пути богопознания.

Конечно, первым вопросом на все времена останется вопрос о бытии или небытии Творца. Казалось бы, вопрос философски решен, невозможно доказать небытие Творца, впрочем доказать Его бытие убедительно очень сложная задача. Это, помимо всего прочего, может усложниться субъективным восприятием человека, сопряженным с ожесточением его сердца, вызванного: неудачами и соответствующим ропотом; или тайными грехами, производящими странное восприятие, отягощенное самообманом, вызванного нежеланием принимать обличения совести; лукавством и даже одержимостью.

Предваряя доказательства бытия Творца, хотелось бы отметить, что порознь они не всесильны и убедительны, а вместе весьма эффектно свидетельствуют в пользу признания бытия Божия.

  1. Доказательство первое (Фома Аквинский): В природе происходит движение. Ничто не может начать двигаться само по себе, для этого требуется внешний источник действия. Бесконечный поиск источника предыдущего действия бессмыслен. Следовательно, должно существовать нечто, являющееся первоначальным источником всякого движения, не будучи само по себе движимо ничем иным. Это и есть Бог — недвижимый Движитель.
  2. Доказательство второе, космологическое (Фома Аквинский): Каждое следствие имеет свою причину. Бесконечный поиск предыдущей причины бессмыслен. Следовательно, должна существовать «беспричинная причина», первопричина всего последующего. Это и есть Бог.
  3. Доказательство третье (Фома Аквинский): Все предметы мира находятся во взаимосвязи и взаимоотношении друг с другом, и их существование возможно только во взаимосвязи и взаимоотношении. Однако бесконечный поиск предшествовавших друг другу взаимоотношений и взаимосвязей бессмыслен. Следовательно, должно существовать нечто, абсолютно независимое и совершенно самодостаточное. Это и есть Бог.
  4. Доказательство четвёртое (Фома Аквинский): В окружающем мире наблюдается последовательное иерархическое возрастание сложности строения предметов и существ (например, от насекомого до человека), нескончаемое всеобщее стремление к совершенству. Следовательно, должно существовать нечто абсолютно совершенное, являющееся источником всякого совершенства. Это и есть Бог.
  5. Доказательство пятое, телеологическое (Фома Аквинский): В окружающем мире наблюдается определённый порядок и стройность, происхождение которых невозможно приписать самому миру. Этот порядок заставляет предположить существование некоего разумного организующего начала, установившего этот порядок. Это и есть Бог.
    Природа, о которой говорят, что якобы она творит, не может ничего творить, она не разумна, безлика и чужда любви. И более того сама сотворена. Даже если ее воспринимать как материю в движении, так и как совокупность живых существ и неживой материи. Как бы умным не был человек, он не знает тайн премудрости своего строения. Природа тоже не знает, знает Тот Кто все сотворил. 
  6. Доказательство шестое, нравственное, антропологическое (Эммануил Кант): Всем людям свойственно нравственное чувство, категорический императив. Поскольку это чувство не всегда побуждает человека к поступкам, приносящим ему земную пользу, следовательно, должно существовать некоторое основание, некоторая мотивация нравственного поведения, лежащие вне этого мира. Всё это с необходимостью требует существования бессмертия, высшего суда и Бога, учреждающего и утверждающего нравственность, награждая добро и наказывая зло.[2]
  7. Доказательство седьмое (Августин, Кальвин): Всякий нормальный человек рождается с идеей о Боге, внедрённой в само его сознание. Эта идея бывает подавлена в людях неправедных (Рим. 1:18). По мере роста человек всё яснее осознаёт её. Критические жизненные ситуации зачастую побуждают эту идею к жизни.
  8. Доказательство восьмое, мистическое: Человеку свойственно прямое переживание связи с Богом (Бог ощущается сердцем человека, душой, всем существом), приводящее человека к изумлению и блаженнейшему состоянию, а если соприкосновение происходит при наказании, то приводит к горестнейшему состоянию. Этот опыт соединения с Богом настолько уникален и настолько ошеломляющ, что сам по себе он уже является свидетельством бытия Божия.
  9. Доказательство девятое (Августин): Все люди верят в то, что истина существует. Если Бог является Богом истины и истинным Богом, следовательно, Он и есть Истина. Эта Истина с большой буквы является условием существования всякой другой истины. Таким образом, существование какой-либо истины подразумевает существование и Истины с большой буквы, которая, в свою очередь, означает и существование Бога.
  10. Доказательство десятое, онтологическое (Ансельм): Первая предпосылка: человеку свойственно понятие о бесконечном и совершенном. Вторая предпосылка: существование является обязательной и необходимой частью совершенства. Вывод: бесконечное и совершенное — то есть, Бог — существует, постольку само определение совершенства включает в себя и существование.
  11. Доказательство одиннадцатое (Аристотель): Человек осознаёт свою конечность, ограниченность и смертность. Откуда происходит это сознание? Бог постоянно напоминает ему об этом через Свою бесконечность, безграничность и бессмертие. То есть, конечность человека сама по себе является доказательством существования бесконечного Бога.
  12. Доказательство двенадцатое (Августин, Фома Аквинский): Человек безутешен. Он жаждет благословения. Этой жаждой наделил его Сам Бог, чтобы человек нигде не мог найти утешения, пока не обратится к Богу. Присутствие этой жажды в человеке является косвенным доказательством бытия Божия.
  13. Доказательство тринадцатое (Беркли): Человек способен воспринимать (чувствовать) окружающие его предметы, что не может являться следствием ни каких-либо физических явлений, ни волеизъявлением самого человека. Следовательно, эта человеческая способность к восприятию подразумевает существование Бога как единственного разумного объяснения этой способности.
  14. Доказательство четырнадцатое, экзистенциальное: Бог являет себя людям через Евангельское откровение — провозглашение Своей любви, прощения и оправдания человека. Человек, принявший это откровение, сразу узнаёт и Бога. Никакого иного свидетельства не требуется. Бытие Божие не столько “доказывается”, сколько “познаётся”, и это познание не интеллектуально, а экзистенциально.[3]
  15. Доказательство пятнадцатое, чудесное: Чудо — это явление, единственно объяснимое существованием и непосредственным сверхъестественным вмешательством Бога. Существует множество засвидетельствованных фактов чудесных событий. Следовательно, существует множество событий, единственным и убедительным объяснением которых может быть существование и сверхъестественное вмешательство Бога. А, следовательно, Бог существует.
  16. Доказательство шестнадцатое, интеллектуальное: Мы знаем, что мир устроен разумно. То есть, мы способны разумно познавать его. Следовательно, либо и познаваемый мир, и наш познающий его разум, являются продуктом чистой случайности, либо и то, и другое создано высшим разумом. Случайность нам кажется менее вероятной. Следовательно, и разумный мир, и сам разум являются порождением высшего разума, т.е. Бога. Следовательно, Бог существует.
  17. Доказательство семнадцатое: Каждому нашему естественному внутреннему желанию или стремлению соответствует реальный объект, способный это желание удовлетворить. Однако, присутствует в нас и такое желание, которое не может быть удовлетворено ничем временным, ничем земным, ничем тварным. Следовательно, должно существовать нечто превосходящее всё временное, земное и природное. Это “нечто” люди и называют Богом и вечной жизнью с Ним.
  18. Доказательство восемнадцатое, эстетическое: Музыка Баха (Пушкин, Моцарт, Андрей Рублев и т.д.) – искусство, прославляющее Творца, а равно и необычайный гений человека свидетельствуют косвенно, что Бог есть.
  19. Доказательство девятнадцатое, религиозное: Множество людей разных времён и разных культур имели опыт общения с Божественным. Невозможно допустить, чтобы все они настолько одинаково “ошибались” в описании природы и содержания этого опыта. Следовательно, Божественное существует.
  20. Доказательство двадцатое, общественное: Вера в Бога — в верховное Существо, Которому по праву надлежит поклонение и прославление всего сущего — является общей чертой практически всех народов мира. Невероятно, чтобы все эти люди были неправы относительно этого самого важного и значительного элемента их жизни. Гораздо более вероятно, что они были правы, а, следовательно, Бог существует.
  21. Доказательство двадцать первое (Паскаль): Разумное доказательство существования Бога невозможно, однако то или иное решение об Его бытии-небытии каждый из нас принять должен. Если вы решите, что Бог есть, то вы, во всяком случае, ничего не потеряете, даже если после вашей смерти окажется, что вы были неправы. Если же вы решите, что Его нет, и ошибётесь, то вас ждёт страшное наказание. Если вы выиграете, то получите всё, если проиграете, то не потеряете ничего. [4]
  22. Доказательство двадцать второе: дьявол держит власть над человеком, внушая свои гадкие мерзкие помыслы под видом наших собственных. Обнаруживая это посредством внимательного внутреннего образа жизни, мы открываем для себя бурное бытие врага рода человеческого, а это значит есть Тот, Кому он противится, - Бог.[5]
  23. Доказательство двадцать третье: наличие загробной жизни подтверждается  посмертным опытом людей, побывавших в клинической смерти, что косвенно указывает нам на бытие Творца.
  24. Доказательство двадцать четвертое: В пользу бытия Бога свидетельствует наличие нравственного Закона, внешне обнаруживаемого в мире человеческом. У животных нет заповедей и наказаний за их нарушение, соответственно нет и болезней, связанных с их беспорядочным размножением. Человек ограничен в своем произволе Заповедями Божьими, в частности, нарушая седьмую заповедь, человек обрекает себя на наказание, одним из которых возможны сопутствующие беспорядочному половому образу жизни болезни.[6]
  25. Доказательство двадцать пятое. Совесть – весть о Боге в душе человека, глас Божий.[7] Совесть может обличать, известны муки совести,  ее противность  нечестию при целостности человека свидетельствует об ее Источнике – Боге.[8]
  26. Доказательство двадцать шестое. Античный философ Анаксимен интересно рассуждал о воздухе, который прямо не видишь, а только косвенно – качающем листву, волосы, перемещающем предметы силой своего движения. Воздух все наполняет и пронизывает. Какая удивительная аналогия с христианским представлением о Боге как о вездеприсутствующей реальности: Иже везде Сый и вся Исполняяй.

Можно обратиться к Самому Творцу с молитвенным прошением об удовлетворении ответственного и искреннего желания богопознания явления Богом Себя.[9]

Отрицание Бога приводит к смешению нравственных понятий, утраты представлений - что есть добро, а что есть зло.[10] Гордость становится основой самоуважения со всеми вытекающими последствиями.

Если Бог есть, то Его можно познавать.

Православное догматическое богословие раскрывает нам несколько путей богопознания. Естественный путь представляет собой, с одной стороны, вложенное в природу человека стремление к познанию Творца, с другой, гармонию окружающего мира, разумность ее устройства, которые свидетельствуют в пользу своего Создателя. Сверхъестественный путь имеет свое начало из откровения Самого Бога. Догматика предлагает два пути сверхъестественного богопознания – апофатический – через бесстрастие введение Духом Святым в неизреченное соединение с Божеством, где Бог познается не по отдельным энергиям, а по Существу[11] (что не означает рационального постижения Сущности – как у Евномия). Второй путь катафатический – стоящий ниже апофатического – по разнообразным проявлениям и энергиям.[12]

Догматическое богословие и богословие Нравственное находятся в самом близком отношении. Между этими науками существует такое же соотношение, какое существует между верой и нравственностью.

Православное догматическое богословие— наука, в систематическом порядке раскрывающая содержание основных христианских вероучительных истин (догматов), принимаемых всей полнотой Православной Церкви.[13]

Нравственное богословие как наука включает два важнейших аспекта: те­оретическое рассмотрение самых фундаментальных обще­человеческих основ нравственности и изучение вопросов конкретного воплощения и функционирования этики в христианской жизни.[14]

Царство Божие (спасение человека) созидается действиями Бога и действиями человека. Дей­ствия Божии в созидании этого царства составляют пред­мет изучения в науке Догматического богословия, а дей­ствия человеческие в созидании его — составляют пред­мет Нравственного богословия. Отсюда вытекают и бо­лее частные вопросы этих наук. Например: 1) учение о Иисусе Христе имеется в той и другой науке. Но в До­гматике Иисус Христос изображается как Спаситель че­ловеческого рода, а в Нравственном богословии — как нравственный идеал, как образец для нашего подражания в нравственной жизни. 2) Учение о возрождении и освя­щении человека встречается и в Догматике и в Нрав­ственном богословии; но в Догматике этот вопрос рас­сматривается как воздействие Божественной благодати на человека, а в Нравственном богословии как принятие или не принятие Божественной благодати свободной во­лей человека (ср. Филип. 2:3 и Филип. 2:12).

Таким образом, содержание Догматики относится к познанию и вере, а содержание Нравственного богосло­вия — к воле и деятельности.

Учение веры — предмет Догматики — представляет как бы фундамент или основание, а нравственная дея­тельность — предмет Нравственного богословия — как бы здание, возведенное на этом основании. Так понима­ют отношение этих наук и отцы, и учители Церкви. На­пример, св. Кирилл Иерусалимский пишет: «Образ бла­гочестия состоит из двух частей — из благочестивых до­гматов и добрых дел. И догматы без добрых дел не бла­гоприятны Богу, и добрые дела без благочестивых до­гматов не приемлются Богом, ибо что пользы знать о Боге и срамно любодействовать».[15]

Рассмотрение богопознания как жизненного пути человека, заставляет нас рассмотреть богопознание с позиции Нравственного богословия. И такое рассмотрение перекликается с изложением нравственных условий богопознания в Догматическом богословии, имея при этом свои особенности.

Познание Бога является жизненным путем человеческой жизни и составляет идеально-возвышенный аспект призвания человека. Богословское значение слов «святость» и «слава», «дерзновение» дают нам ключевое понимание возможности его реализации.

«Святость» (евр. – «кадош» – отделенный) указывает на непостижимость Бога, «слава» указывает на откровение Бога миру, «дерзновение» - особое право человека, дающееся ему исключительно по любви и благости Божией, а не из-за каких-то его заслуг.

Религиозному переживанию славы и святости Бога соответствуют два аспекта христианского благочестия: это деятельность и созерцание.

Святые отцы Церкви видели пример деятельной и со­зерцательной жизни в евангельском образе двух сестер — Марфы и Марии.

Деятельная жизнь последователей Христовых, явля­ющихся «светом миру», включает «добрые дела», видя которые люди прославляют Отца нашего Небесного (Мф.5:14,16). Путь деятельной жизни означает аспект благочестия, в основе которого лежит религиозная праведность. «Добрые дела» — это «дела правды» по преимуществу: личность, ориентированная на воплощение в своей деятельности правды Божией, стремится к тому, чтобы во всех сферах ее жизни торжествовали истина, порядок, высший смысл, начиная от следования нормам нравственного закона и нравственной победы над злом в своей собственной душе и кончая исполнением евангельской за­поведи о любви к Богу и к ближним. В своем содержании деятельная жизнь есть не что иное, как непрестанно со­вершаемое. Это размышление над смыслом жизни, переоценка пройденного пути, признание совершенных ошибок, сокрушение духа, погружение в глу­бину смирения, отказ от высоких притязаний и исключи­тельных привилегий, начало бескорыстия и бесстрастия. Так, некогда присущая человеку установка с ориентацией на видимые внешние блага меняется в благодати покаяния на свою нравственную противополож­ность и становится основой благочестия как принципа религиозного отношения к Богу и нравственного отноше­ния к ценностям жизни. «Добрые дела» здесь только фон и видимый результат тех глубоких умозрений и созерцаний, которыми определяются отказ человека от своей собствен­ной исключительности и все большее признание значимо­сти и ценности в его жизни интересов блага других людей.

Говоря о двух аспектах христианского благочестия — деятельной и созерцательной жизни, святые отцы Церкви подчеркивают, что нельзя найти четкой и уловимой грани между этими двумя сферами религиозного опыта. Связыва­ясь между собой внешне и внутренне, сосуществуя в одном контексте и имея один общий источник — заповеданную Евангелием любовь к Богу и ближним, деятельность и созерцание образуют единый путь духовно-нравственного совершенствования личности.

Созерцательная жизнь в своем сокровенном содержании означает такой аспект благочестия, в основе которого лежит религиозное благоговение, открываемое «в нетленной кра­соте кроткого и молчаливого духа» (1 Пет. 3:4). Молитва к Богу как проявление благочестия не есть выражение человеческого эгоизма и не есть давление на Божественную волю. Молитва есть условие внутреннего общения человека с Богом в благодатной стихии свободы и взаимной любви. Самой характерной чертой созерцатель­ной жизни является осознание человеком близости к нему Бога, открывающего Себя в глубине религиозно-духовного опыта. В подвиге молитвы сердце человека становится нерукотворным храмом, в котором святится имя Божие и сам человек освящается, становится святым — далеким, чуждым и нездешним для окружающего мира греха, стра­стей и суеты. В духовном уединении и внутренней замкну­тости, в отрешенности мысли от всего видимого и чувственного, в умственном восхождении в горний мир, к свету, человеку открывается присутствие Бога, озаряющего его Своей святой славой. Личность, переживающая восхож­дение в горний мир и пребывающая в умном созерцании Бога, вступает в общение с Богом, созерцает нетварный Божественный свет, но, будучи безмерно поглощенной ох­ватившим ее переживанием, не перестает в то же время сознавать своей оригинальности, неповторимости и исклю­чительности. Но это вовсе не значит, что у нее нет сми­рения, нет внутреннего содрогания перед своим крайним убожеством и ничтожеством, нет слез о своем недостоинст­ве, от которого она желала бы избавиться ради чистоты своего восхождения в неизреченный Божественный свет.[16]

Как же конкретно можно познавать Бога?

 

§ 3. Евангельские пути познания Бога.

Выяснив, что содержание Догматического богословия относится к познанию и вере, а содержание Нравственного богосло­вия — к воле и деятельности, важно увидеть вопрос  богопознания в призме  конкретного воплощения такой возможности. А потому, то, что в догматике определялось как апофатическое и катафатическое богословие в рамках богопознания, при реализации нравственно-научного метода определяется как евангельские пути познания Бога – путь созерцания и деятельный путь. «Душа видит истину Божию по силе жития».[17]

Господь в Евангелии предлагает нам познавать Бога через чистоту сердца и через соблюдение, т.е. исполнение, Слова Божия. «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф.5:5) - апофатическое богопознание. «Блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его» (Лк.11:28) – катафатическое богопознание.

 «Всего же более, по мнению преподобного Серафима Саровского, должно упражняться в чтении Нового Завета и Псалтири... От сего бывает просвещение в разуме, который от того изменяется изменением Божественным».[18]

Богообщение предполагает взаимное общение Бога и человека. Человек обращается к Богу в молитвах, которые по своему характеру подразделяются на славословные, благодарственные, покаянные, просительные. Бог обращается к человеку словами Священного Писания, словами с благодатным действом на душу христианина. 

 «Надобно так себя приобучить, чтобы ум как бы плавал в законе Господнем, которым, руководствуясь, должно устроять жизнь свою... Чтение слова Божия должно быть производимо в уединении для того, чтобы весь ум чтущего углублен был в истины Священного Писания и принимал от Бога в себя теплоту, которая в уединении производит слезы; от них человек согревается весь и исполняется духовных дарований, услаждающих ум и сердце паче всякого слова».[19]

 «Признак разумной души, — наставляет преподоб­ный Серафим Саровский, — когда человек погружает ум внутрь себя и имеет делание в сердце своем. Тогда благодать Божия приосеняет его и он бывает в мирном устроении, а посредством сего и в премирном. В мирном, т.е. с совестью благою; в премирном же, ибо ум созерцает в себе благодать Святого Духа, по слову Божию: в мире место Его (Пс. 75:3)» . И в другом месте: «Когда же ум и сердце соединены будут в молитве и помыслы души нерассеяны, тогда сердце согревается теплотой духовной, в которой воссиявает свет Христов, исполняя мира и радости всего внут­реннего человека». «Сила молитвы, — говорит святи­тель Григорий Палама, — совершает таинство нашего единения с Богом, ибо молитва есть связь разумной твари с ее Создателем».[20]

Молитва должна сопутствовать трудам в других добродетелях. Путь богопознания — путь исполнения заповедей Евангелия. «Кто хочет творить волю Его (Бога), тот узнает о сем учении, от Бога ли оно», — учит Христос (Ин. 7:17). Поэтому, если хочешь со временем стать богословом и достойным Божества, то «соблюдай заповеди и не выступай из повелений. Ибо дела, как ступени, ведут к созерцанию».[21]

Блаженство, которое Спаситель обещает исполняющим Слово Божие, есть глубокое умиротворение, радость, рождается от гармоничного сочетания с Истиной.

Икос 9

Когда Ты вдохновлял меня служить ближним, а душу озарял смирением, то один из бесчисленных лучей Твоих падал на мое сердце, и оно становилось светонос­ным, как железо в огне. Я видел Твой таин­ственный, неуловимый Лик.

Слава Тебе, преобразившему нашу жизнь делами добра;

Слава Тебе, запечатлевшему несказанную сладость в каждой заповеди Твоей.

Слава Тебе, явно пребывающему там, где благоухает милосердие;

Слава Тебе, посылающему нам неудачи и скорби, дабы мы были чуткими к страда­ниям других.

Слава Тебе, положившему великую награ­ду в самоценности добра;

Слава Тебе, приемлющему высокий порыв.

Слава Тебе, возвысившему любовь превы­ше всего земного и небесного;

Слава Тебе, Боже, во веки.[22]

 Прочитал Евангелие или псалтырь, или иную библейскую книгу учительную и скоро - «ныне и сейчас»[23] ради Христа[24] с рассуждением исполнил.[25] В Священном Писании содержится много мест побуждающих христианина к деятельной жизни:

 (Псалом 40)

2  Блажен, кто помышляет о бедном [и нищем]! В день бедствия избавит его Господь.

3  Господь сохранит его и сбережет ему жизнь; блажен будет он на земле. И Ты не отдашь его на волю врагов его.

4  Господь укрепит его на одре болезни его. Ты изменишь все ложе его в болезни его.

(Иисус, сын Сирахов гл.3)

30 Вода угасит пламень огня,  и милостыня очистит грехи.

31 Кто воздает за благодеяния,  тот помышляет о будущем  и во время падения найдет опору.  (Иисус, сын Сирахов гл.7)

35 И к бедному простирай руку твою, дабы благословение твое было совершенно. 

(Иисус, сын Сирахов гл.29)

11 Но к бедному ты будь снисходителен и милостынею ему не медли;

12 ради заповеди помоги бедному и в нужде его не отпускай его ни с чем.

13 Трать серебро для брата и друга и не давай ему заржаветь под камнем на погибель;

14 располагай сокровищем твоим по заповедям Всевышнего, и оно принесет тебе более пользы, нежели золото;

15 заключи в кладовых твоих милостыню, и она избавит тебя от всякого несчастья:

16 лучше крепкого щита и твердого копья она защитит тебя против врага. 

(Притчи гл.22)

9  Милосердый будет благословляем, потому что дает бедному от хлеба своего. [Победу и честь приобретает дающий дары, и даже овладевает душею получающих оные.] 

(Притчи гл.19)

17  Благотворящий бедному дает взаймы Господу, и Он воздаст ему за благодеяние его.  (Екклесиаст гл.11)

24 Братья и покровители - во время скорби, но вернее тех и других спасает милостыня.  (Иисус, сын Сирахов гл. 40)

1  Отпускай хлеб твой по водам, потому что по прошествии многих дней опять найдешь его.

(Иакова 1)

22  Будьте же исполнители слова, а не слышатели только, обманывающие самих себя.

23  Ибо, кто слушает слово и не исполняет, тот подобен человеку, рассматривающему природные черты лица своего в зеркале:

24  он посмотрел на себя, отошел и тотчас забыл, каков он.

25  Но кто вникнет в закон совершенный, закон свободы, и пребудет в нем, тот, будучи не слушателем забывчивым, но исполнителем дела, блажен будет в своем действии.

26  Если кто из вас думает, что он благочестив, и не обуздывает своего языка, но обольщает свое сердце, у того пустое благочестие.

27  Чистое и непорочное благочестие пред Богом и Отцем есть то, чтобы призирать сирот и вдов в их скорбях и хранить себя неоскверненным от мира.   

(От Матфея гл.5)

7  Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. 

Заповедь сия исполняется посредством дел телесных и духовных. Какие суть дела милости телесные?

  1. Алчущего напитать.
  2. Жаждущего напоить.
  3. Одеть нагого или имеющего недостаток в необ­ходимой и приличной одежде.
  4. Посетить находящегося в темнице.
  5. Посетить больного, послужить ему и помочь его выздоровлению или христианскому приготовлению к смерти.
  6. Странника принять в дом и упокоить.
  7. Погребать умерших в убожестве.

 Какие суть духовные дела милости?

  1. Увещанием обратить грешника от заблужде­ния пути его (Иак. 5:20).
  2. Неведущего научить истине и добру.
  3. Подать ближнему добрый и благовременный со­вет в затруднении или не примечаемой им опасности.
  4. Молиться за него Богу.
  5. Утешить печального.
  6. Не воздавать за зло, которое сделали нам другие.
  7. От сердца прощать обиды.[26]

Особенной добродетелью является жертва на храм, украшение Дома Божьего.

А дальше – трудные и долгие нравственные уроки[27]- послушание, внимание к душе, отсечение помыслов многообразного тщеславия, нищета духа[28], многообразие, систематичность в добродетели, ошибки от неразумия, зависть сатаны, его козни до доброго дела или после[29], и… и торжество Божественной Правды, воздаяния Божии Им положенные, явление Бога в обстоятельствах жизни, во взыграниях Духа Святаго в сердце, указанные в 9 икосе. Земные награды и даже честь, которые воздаются святым праведникам, не должны быть вожделенны для христианина. Евангелист Лука особенно подчеркивает, что основной принцип христианского воздаяния – это отказ от стремления к земным благам. Главное воздаяние благодатные дары Святаго Духа.[30]

Жизнь человека полна непредсказуемых превратностей судьбы – «лютых дней», болезней, восстаний видимых и невидимых врагов. Получая от Бога укрепление, защиту, избавление, по прошествии многих дней по совершении  добродетели, душа ощущает всемогущий промысел Творца, Его проявления в своей жизни (то самое катафатическое богословие утверждение свойств Божьих), открывает себе - как Бог располагает сердца людей, управляет всеми обстоятельствами, «держит за десницу» верную душу, Его всеведение, Его благость. Душа узнает явные благодатные действия Бога, те самые благодатные дары Святаго Духа через воздаяния, отображенные в Священном Писании. [31]

Так душа познает Отца Небесного, по образу и подобию которого создана, так образуется таинственный, благодатный, нравственный союз между человеком и Богом.

Созерцательный путь богопознания предполагает внутреннее духовное возрастание, где молитвенное делание (устная, умная, сердечная, и совершенная молитва) есть выражение всего покаянного очищения человеческой души для восприятия уже не только предваряющей призывающей благодати Божьей, но Его Святости и Славы внутренним ведением.

«Совершенное беспопечение о земном и всегдашнее поуче­ние в Божественном Писании приводит душу в страх Бо­жий, страх же Божий приводит трезвение. И тогда душаначинает видеть, как демоны воюют против нее посредством помыслов, и отражает их». Прп. Максим Исповедник.

«Один способ трезвения есть: смотреть неотступно за мечтаниями, или за прилогом, ибо без мечтания сатана не может устраивать помыслы и представлять их уму к его прельщению обманом.

Другой — есть сердце глубоко всегда молчащее и от всякого безмолвствующее и молящееся.

Иной — непрестанно в смирении призывать на по­мощь Господа Иисуса Христа.

Иной еще способ — иметь в душе непрестанное памятование о смерти.

Все эти делания, подобно привратникам, возбраняют вход худым помышлениям». Прп. Исихий Иерусалимский. [32]

«С претрудным трезвением своим должны мы сочетавать молитву Иисусову, дабы прекрасная добродетель трезве­ния вместе в Ним была в нас всегда целою и через Него во веки сохранялась в нас неотъемлемой». Прп. Исихий Иерусалимский.

« …Из всего этого я заключаю, что дело покаяния совершается при посредстве следующих трех добродетелей: очищения помыслов, непрестанной молитвы и терпения встречающихся скорбей… » [33]

«Тому, чей разум развлекается многим, невозможно пре­успеть в познании Бога и в любви к Нему».Свт. Григорий Нисский.

«Человек, знающий Бога, — добр, а когда он не добр, то значит не знает Бога и никогда не будет познан от Него, ибо единственный способ к познанию Бога есть доброта». Прп. Антонии Великий.

«Ум, находившийся в чистой и боголюбивой душе, ис­тинно зрит Бога — нерожденного, невидимого, неизглаголанного, Единого Чистого для чистых сердец». Прп. Антоний Великий.

«Знает Бога и знаем бывает от Бога тот человек, кото­рый старается быть всегда неотлучным от Бога. Не­отлучным же от Бога бывает человек добрый, во всем воздерживающийся от всякого чувственного удоволь­ствия, не по недостатку средств к тому, а по своей воле и свободной воздержанности». Прп. Антоний Великий.

«Душа никогда не может простереться к познанию Бога, если Сам Бог по благоснисхождению к ней не коснется ее и не возведет ее к Себе». Прп. Максим Исповедник

«Когда душа очистится слезами соответственно являемо­го ею покаяния и исполнения заповедей, тогда человек, во-первых, удостаивается благодатью Духа познать свое состояние и от всего себя потом, после тщательного и долговременного очищения сердца и укоренения глубо­кого смирения, начинает он мало-помалу и некоторым образом призрачно постигать яже о Боге и Божествен­ных вещах, и дивится, и стяжевает вящее смирение, ду­мая о себе, что совсем недостоин познания и откровения таких тайн. Почему, блюдомый таким смирением, как бы находясь за крепкими стенами, пребывает он неуязвимым от помыслов тщеславия, хотя и каждодневно рас­тет в вере, надежде и любви к Богу, и ясно видит преспеяние свое, являющееся в приложении ведения к ве­дению и добродетели к добродетели. Когда же достигнет наконец в меру возраста исполнения Христова и истин­но стяжет ум Христов и Самого Христа, тогда приходит в такое доброе состояние смирения, в коем уверен бы­вает, что не знает, имеет ли что-либо в себе доброе и почитает себя рабом неключимым и ничтожным». Прп. Симеон Новый Богослов.

Святые отцы, проводя равноангельскую жизнь, сподобились высшей степени совершенствования молитвенного состояния. Если на первых степенях молит­вы весь труд в том, чтобы отгонять приходящие помыслы, затем заключать ум в словах, которые мы говорим или помышляем, то при совершенстве ум восхищается ко Господу в чистой молитве. Тогда душа вся прилепляется к Богу, бывает нерасторжима с Ним и ум неотторжим от Бога в богохвалении, как воспевает об этом пророк: «Прильпе душа моя по Тебе» (Пс. 62:9); «возжада Тебе Душа моя» (Пс. 62:2); «желает душа моя к Тебе, Боже» (Пс. 41:2); «возлюблю Тя, Господи, крепосте моя» (Пс. 17:2).

До такой чистой молитвы доводит благодать и самовластие подвизающегося. После чистой молитвы иной молитвы словесной нет для ума, а есть уже после словесного сеяния изумление, созерцание, как собрание рукоятей. Сподобившихся чистой молитвы едва ли найдется из тысячи один, а достигнувших ведения, пути, умного видения таинства будущего века, которое уже за пределом чистой молитвы, едва по благодати Божией находится в роде.

Святой Максим Исповедник, рассуждая о такой молитве, говорит, что есть два высочайших состояния чистой молитвы, из которых одно бывает с людьми, проводящими деятельную жизнь в страхе Божием и благой надежде, а другое с людьми созерцательной жизни, пребывающими в Божественной любви и чистоте.

В первом состоянии чистой молитвы ум отрекается всех мирских помыслов и творит молитву без развлечения и смятения, предстоя как бы Самому Богу, Которому ум и действительно предстоит. Во втором состоянии ум восхищается Божественным невещественным светом и совсем уже самого себя и ничего иного из сущих, кроме Единого, в любви не чувствует. В озарении от Бога ум получает ведение и чистые и светлые познания.

Чистый сердцем и стяжавший чистое боговедение преподобный Феогност говоря о состоянии молитвы бесстрастных, возглашает: «Ничего нет лучше чистой молитвы, из которой, как из источника, истекают все добродетели - благоразумие и кротость, любовь и воздержание, и слез ради свыше нисходящее заступление и утешение». Ум тогда желает ненасытно беседовать с Богом, рас­сматривать Сущего и пламенной любовью ищет обрести Невидимого.

Святой Григорий Палама, архиепископ Солунский, о чистой молитве говорит, что есть такая чистота ума, в которой во время молитвы сияет свет Пресвятой Троицы, дарующей и телу знаки Божественной красоты и благодатное настро­ение, неподвижное на зло.

И у святого Григория Синаита есть рассуждение о такой, подобно ангельской, молитве. Он говорит, что сила умной, чистой и ангельской молитвы есть духодвижная премудрость, которая выражается в том, что ум, просвещенный Божественным светом, становится и сам световидным и неизреченно в один дух с Богом соединяется, отрешаясь от всего и забывая и себя, и свои чувства, и все существующее и ничего не представляя.

Тогда ни ум, ни сердце не могут произнести молитвенных слов, а как бы в молчании пребывают в неподвижном состоянии. Кто достиг чистой молит­вы, тот стал жилищем Духа.

Отцы, поучая, говорят, что кто желает в теле, подобно бестелесным, служить Богу, надобно тем стяжать непрестанную, сокровенную в сердце молитву, и тогда душа будет, как Ангел. От чистой, испарительной сердечной молитвы бывает осияние от благодати и соединение с Богом. Тогда, спит ли он, бодрствует ли, молитва не пресекается в душе его, ибо Дух Святой молится в нем непрес­танно (Рим. 8:26). Такой человек, ест ли, пьет ли, спит ли, делает ли что, даже и в глубоком сне, сердцем своим издает молитвенные благоухания и воздыхания. Чистая молитва непрестанно священнодействует тайно в глубине сердца, чистым умом, в молчании, кротким гласом сокровенно воспевая Сокровенного, созерцая тайны будущего века.

Достигшие такого духовного созерцания, как сыны воскресения, подобно равноангельским умам и святым в будущем веке (или на небесах), которые «вещают между собою внутреннее слово, Духом Святым изглашаемое».[34]

  «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48).

Стремление личности к богозаповеданному совершен­ству необходимо включает ее возрастание в добродетелях. Отсюда следует, что динамика роста и совершенствования личности в ее постепенном восхождении к благу реально осуществляется в системе ценностей, составляющих боль­шой и многообразный мир добродетелей. Достижение ка­кой-либо одной добродетели является достаточным критерием, позволяющим рассматривать личность в общей системе ценностей, в универсуме мирового ценностно-осознанного и ценностно-осуществленного бытия. Облада­ние добродетелью выражает степень причастности личности к объективному и безусловному благу, оно является естест­венным результатом утверждения человека в его высоком достоинстве и необходимым условием его конечного оправ­дания перед Богом.

Являясь нравственными ценностями по преимуществу, добродетели образуют собой иерархически стройную систе­му, логически завершенную как с точки зрения нравствен­ного достоинства человека, так и с точки зрения объективного и абсолютного блага. В христианском миро­созерцании человеку открывается предначертанный еще с апостольских времен идеал добродетели с особенным ука­занием на нравственно-аскетический подвиг, на любовь, смирение и самоотречение, которые не заслоняют таинст­венной цели всего пути, но, наоборот, эту цель приближают: человек облекается в одеяние нравственных совершенств, приобщается к благодатному миру Христову, становится причастником нетварного Божественного Света. Достиже­ние этой конечной и высшей цели предопределяет собой иерархическую соподчиненностъ всех добродетелей, обра­зующих единую ценностную систему.[35]

Подводя итоги данной главы, можно сделать следующие выводы:

  1. Бог на свете есть. В работе представлена совокупность доказательств, как попытка подтвердить это бытие, исходя из умозаключений.
  2. Бог призывает человека к духовной жизни. В распятом Христе надобно видеть распятую жертвенную Любовь Божью к падшему роду человеческому, на которую надо откликнуться с благодарностью  ответной, взаимной любовью, своей боголюбивой, благочестивой, церковной жизнью. Положительные представления о Боге, о связи с Ним человека, о смысле жизни человека и замысла Творца о нем, о последствиях падения и искупления человека, о его духовной жизни – то ценностное, проверяемое богатство религии, основанное на откровении Божьем. Оно, несомненно, неповторимо в своем мировоззренческом плане, и может быть востребовано всем человечеством и каждым человеком для определения своего отношения к вечности.
  3. Конечность земного человеческого царства с точки зрения Священного Писания и даже только с астрономических позиций, а равно с позиции конечности жизни в этом мире всякого человека должны приводить к ответственному распоряжению человеком своей жизнью – с позиции вечности и спасения своей души.
  4. Бога можно познавать  через чистоту сердца и исполнение воли Божьей, выраженной в Священном Писании. То есть, богословие обосновывает два пути богопознания – деятельный и созерцательный.


[1] Промысел Божий есть непрестанное действие всемогущества, премудрости и благости Божией, которым Бог сохраняет бытие и силы тварей, направляет их к благим целям, всякому добру вспомоществует, а возникающее через удаление от добра зло пресекает или исправляет и обращает к добрым последствиям. - Катехизис Православной Церкви. Составлен Митрополитом Московским Филаретом (Дроздовым).- Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1995. С. 127.
[2] Кант, И. Соч.: в 6 томах. - М.,1963-1966. Т.4. ч.1. С.413,414,455, 464,479.
[3] Экзистенция – ощущения человека связанные с переоценкой ценностей вызванной нахождением в пограничной ситуации, перед лицом смерти или иных подобных шокирующих обстоятельств. Ср. Философский словарь / под  ред. Фролова И.Т. – М.: Политиздат, 1991. С. 532.
[4] Доказательства бытия Божия. RussianChristianPage [электронный ресурс] – 1 электрон. опт. диск (CD-ROM).
[5]«Но сфера насилия — это сфера дьявола. Как показала сама история, человеку не дано определить меру необходи­мою насилия. Ничем другим нельзя объяснить попрание всех божеских и человеческих норм, изощренную, сатанинскую жестокость 20-х, 30-х годов в нашей стране. Это далеко выходило за рамки социальной мести, это была именно одержимость, беснование, по­мрачение сознания значительной части людей, фактически переставших быть таковы­ми. С углублённой, религиозной точки зрения, это было ожесточенное посягательство на образ и подобие Божие в человеке. Кто-то сказал после прочтения книги «Архипелаг ГУ­ЛАГ» Солженицына: «Не знаю, есть ли Бог, но я понял, что дьявол существует»». - Новик Вениамин Иеромонах Смысл жизни в христианском мировоззрении // Смысл человеческой жизни. Диалог мировоззрений. – Нижний  Новгород: Изд. Волго-Вятского кадрового центра, 1992. С. 13.
[6] 8, 22, 23, 24 доказательства  авторские, в рамках этого исследования. Автор неподписанных и редактор известных доказательств  не определен, в силу отсутствия этой информации на электронном носителе, где эта информация содержалась. Отсюда невозможно полноценно оформить авторскую ссылку – прим. автора.
[7]Божий дар -  непосредственное ведение Бога, Божий дар – совесть, Божий дар – жажда небесной жизни. - Невидимая брань. Блаженной памяти старца Никодима Святогорца. Превод Святителя Феофана Затворника. – М.: Правило веры. Московский Богородице-Рождественский монастырь, 1996.  С.217
[8]  11  Ибо заповедь сия, которую я заповедую тебе сегодня, не недоступна для тебя и не далека;
12  она не на небе, чтобы можно было говорить: кто взошел бы для  нас на небо и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?
13  и не за морем она, чтобы можно было говорить: `кто сходил бы для нас за море и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?
14  но весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его. (Второзаконие 30.)
[9] Невидимая брань. Блаженной памяти старца Никодима Святогорца. Превод Святителя Феофана Затворника. – М.: Правило веры. Московский Богородице-Рождественский монастырь, 1996. С.44.
[10] См.: Сержантов, В.Ф. Человек, его природа и смысл бытия/ В.Ф. Сержантов.  – Ленинград: Изд. Ленинградского Университета, 1990. С.198. Так же: Добро же есть слушаться Бога, а зло есть не слушаться Бога – православная точка зрения.
[11] Попов, И.В. Конспект лекций по Патрологии.- Сергиев Посад, 1916. С.195. – Цит. по: Кастальский–Бороздин Алипий Архимандрит,  Белов Исайя Архимандрит Догматическое богословие курс лекций. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997. С.74.
[12] Кастальский–Бороздин Алипий Архимандрит,  Белов Исайя Архимандрит Догматическое богословие курс лекций. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997. С.74-75.
[13]Кастальский–Бороздин Алипий Архимандрит,  Белов Исайя Архимандрит Догматическое богословие курс лекций. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997.С.8.
[14] Игумнов Платон Архимандрит Православное нравственное богословие. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. С.6.
[15] Конспект по нравственному богословию. В двух частях.  Ч. 1.  для 3 класса КДС. Винница. Б.Ф. С. 14.
[16]Игумнов Платон Архимандрит Православное нравственное богословие. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994.  С.203.
[17] Творения иже во святых отца нашего аввы Исаака Сириянина Слова подвижнические. - Сергиев Посад: Изд. Св. Троицкой Сергиевой лавры, 1911. С. 133.
[18] Общежительная Саровская Пустынь. - М., 1884. 4-е изд. С.20. - Цит. по: Кастальский–Бороздин Алипий Архимандрит,  Белов Исайя Архимандрит Догматическое богословие курс лекций. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997. С.62.
[19] Там же.
[20]Цит. по: Лосский, В.Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. Догматическое богословие/ В.Н. Лосский. – М., 1991. С. 108.
[21] Григорий Богослов Святитель. Слово 20 // Собрание  творений в 2 т. – Минск: Харвест; М.:АСТ, 2000. – Т.1.- С. 142. 
[22] Видевше Свет Вечерний. Встреча со старцем. – Псков: Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 2004. С.101.
[23] Святогорец Никодим. Невидимая брань. В переводе Свт. Феофана Затворника. – М.: Правило веры, Московский Богородице-Рождественский женский монастырь, 1996. С.195.
[24]Серафим так и говорит: «Истинная цель жизни нашей христианской есть стяжание Духа Святого Божия. Пост же, бдение, молитва, милостыня и всякое Христа ради делаемое добро суть средства для стяжания Духа Божия». И продолжает: «Заметьте, что лишь ради Христа делаемая добродетель приносит плод Духа Святого... Так что все же не в добродетелях дело, а в плодах Духа Святого, даруемого нам через них». Беседа преподобного Серафима Саровского о цели христианской жизни. – Клин: «Христианская жизнь», 2001. С.13.
[25]«Плодо­носное слово Божие,— пишет святитель Феофан,— за ним отеческие писания и жития святых. Впрочем, нужно знать, что жития святых лучше для начинающих, отеческие писа­ния— для средних, Божие же слово— для совершенных.» (Путь ко спасению, стр. 233.)Ничто не имеет такого сильного влияния на наше сердце и волю, как пример других лю­дей, добрый или худой. Пример людей, исполненных пламенною любовию к Богу, питает и наше сердце этой христианской добродетелью. «Сближайся с праведными, — говорит преп. Исаак Сирии, — и чрез них прибли­зишься к Богу» (сл. 57-е).
[26]Катехизис Православной Церкви. Составлен Митрополитом Московским Филаретом (Дроздовым).- Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2006,с.102.
[27]От Матфея гл. 6
1  Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного.
2  Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою.
3  У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая,
4  чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.
 От Матфея гл.7
12  Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними...  а не так: возьми Боже, что мне не гоже.
[28] Осознание своего недостоинства и несовершенства пред Богом.
[29] Невидимая брань. Блаженной памяти старца Никодима Святогорца. Превод Святителя Феофана Затворника. – М.: Правило веры. Московский Богородице-Рождественский монастырь, 1996. С.201-203
[30] Игумнов Платон Архимандрит Православное нравственное богословие. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994.  С.99.
[31]См.приложение 1
[32]Энциклопедия православной верыот А до Я в изречениях святых отцов. – Клин: «Христианская жизнь», 2004. С. 602.
[33] Брянчанинов Игнатий Святитель Собрание сочинений в 7т. - М.: «Ковчег», 2005. – Т.2. С.176.
[34]Букварь школьника слова. Начала познания вещей Божественных и человеческих в 5т.  – М.:  «Православное братство Бориса и Глеба».  2003.- Т.5. - С.922.
[35] Игумнов Платон Архимандрит Православное нравственное богословие. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994.  С.218.

 

Монография - Глава 1. Православное учение о смысле жизни. Монография - Глава 3. Греховная испорченность человеческой природы основа девиантного поведения социума.

СмыслЖизниЧеловека.рф